Испокон веков Россия испытывала на себе мощное давление извне. Многочисленные орды кочевников с востока, польско-литовские захватчики с запада, немецкие рыцарские ордена и шведы с севера, турки и татары с юга на протяжении столетий опустошали русские земли. Все это не могло не сказаться на формировании национального характера, на отношении к военной службе. В народном эпосе, песнях, былинах, сказках народ воспевал храбрость и отвагу тех, кто не щадил ни сил, ни самой жизни, обороняя родную землю от иноземных завоевателей. Защитники Отечества всегда пользовались неизменной любовью народа, а профессия воина считалась трудной, опасной и благородной. Такое отношение к ратному труду в народной среде воспитывало у русских воинов качества, которые всегда отмечали как враги, так и союзники: стойкость в обороне, решительность в наступлении, храбрость, инициатива, презрение к смерти, взаимовыручка.

Начиная с эпохи Петра I, когда с образованием регулярной армии в России начал формироваться офицерский корпус, воспитание личного состава армии и флота основывалось на положении, что русский солдат и матрос служит не ради чести и славы своей или императора, а в интересах государства Российского. «Вот пришел час, который решит судьбу Отечества,— обращался Петр I к воинам перед Полтавской битвой.— И так не должны вы помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру врученное, за род свой, за Отечество... А о Петре ведайте, что ему жизнь его не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе, для благосостояния вашего».
В свое время Петр I отказался от набора наемников, после того как они во главе с фельдмаршалом фон Круи первыми сдались шведам в плен под Нарвой. С тех пор русская армия и флот перешли на комплектование посредством рекрутских наборов. Эта система позволяла иметь надежный источник пополнения армии Иуфлота рядовым составом. Офицерский состав был исключительно дворянским и готовился как в созданной системе военно-учебных заведений, так и непосредственно в войсках гвардии, рядовой состав которой составляли дворяне, выходившие оттуда офицерами в армейские полки. Все дворяне обязаны были служить, исключение из этого общего правила, установленного Пет-I, могло быть предоставлено только тяжело раненным или неизлечимо больным.
Рекрутская система в определенно^ мере способствовала перенесению в армию и флот сложившихся отношений крестьян-общинников, поддерживавших друг друга и противопоставлявших давлению помещика только общую силу общины. Признак землячества имел и глубокие исторические корни в русской армии. Наименования многих полков — Орловский, Козельский, Тверской и т. д. вели свою родословную от названия земель, поставлявших своих ратников в ополчение, и сохранялись как проявление национально-патриотических настроений.
Одним из суворовских принципов, лежавших в основе обучения и воспитания войск, был: «Сам погибай, а товарища выручай!» Этот принцип как нельзя более сочетался с жизненным укладом крестьян-общинников и поэтому глубоко западал в души солдат.
Это очень точно подметил Ф. Энгельс, объясняя глубинные основы храбрости и самопожертвования русского солдата: «Русский солдат, несомненно, очень храбр. Пока тактическая задача решалась наступлением пехотных масс, действовавших сомкнутым строем, русский солдат был в своей стихии. Весь его жизненный опыт приучил его крепко держаться своих товарищей. В деревне — еще полукоммунистическая община, в городе — кооперированный труд артели, повсюду — krugovaja poruka, то есть взаимная ответственность товарищей друг за друга... Эта черта сохраняется у русского и в военном деле; объединенные в батальоны массы русских почти невозможно разорвать; чем серьезнее опасность, тем плотнее смыкаются они в единое компактное целое» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 22, с. 403—404).
Хочется отметить еще одну важную особенность армии описываемого периода. Дело в том, что рекрутская повинность распространялась на исконно русское население. Только с конца XVIII в. она постепенно распространилась на украинское и белорусское население. Представители неславянских народов (татары, башкиры, калмыки) служили лишь в составе иррегулярной кавалерии. Таким образом, рядовой состав армии и флота отличался социальной, национальной и религиозной однородностью, что придавало ему характер единого организма, культивировало чувство патриотизма, приверженности и любви к Отечеству, служению общему делу. В конечном итоге все эти особенности способствовали поддержанию более высокого морального духа в российской армии, чем в европейских армиях того периода, которые строились по наемному принципу и представляли собой пестрый по национально-этническому и религиозному составу конгломерат, который нельзя было ни обучать, ни вести в бой иначе, как с помощью одуряющей, жестокой муштры.
Безусловно, немаловажным фактором, определявшим воспитательную систему в войсках, была классовая структура российской армии рассматриваемого периода. Определенная часть офицеров-дворян переносила на армейскую службу приемы жестокого принуждения по отношению к солдатам-крепостным. Однако было бы неправильным считать, что в воспитательной системе данного периода преобладали бессмысленная муштра и палочные экзекуции. Национальные интересы создания высокопрофессиональной армии требовали принципиально иного отношения к солдату. Забота о воине, о его моральном духе являлась важнейшей стороной военной деятельности выдающихся русских полководцев П. А. Румянцева, Г. А. Потемкина, А. В. Суворова, М. И. Кутузова.
Постоянные войны, которые Россия вела в этот период с Турцией, Польшей, Швецией, Францией, суровая военная обстановка выдвигали лучшую часть офицерства и положительно влияли на улучшение отношений между этими офицерами и солдатами. Много можно привести примеров беззаветного служения Родине русских офицеров. В разное время они жили, по-разному складывались их судьбы, но всех их роднили обостренное чувство любви к Родине, чести, готовность до конца выполнить свой воинский долг перед Отечеством. Эти качества закладывали и развивали они в воспитательной работе со своими подчиненными.
Надо заметить, что прогрессивную роль в воспитании самих офицеров играли первые военно-учебные заведения России.
Сухопутный кадетский корпус (создан в 1731 г.), Артиллерийский и инженерный кадетский корпус (образован в 1762 г.) выпускали достаточно образованных, воспитанных в просветительском духе офицеров. Особое внимание уделялось нравственному воспитанию кадет. Цель подготовки трудолюбивого, честного и добронравного человека, верного слуги Отечества определялась так: «Сделать добродетельными и благочестивыми воспитанников; прививать им точное исполнение обязанностей, чувство долга, преданности государю, повиновение начальству, почтительность к родителям, уважение к старшим, любовь к ближним».
Официальные военно-исторические документы свидетельствуют о том, что к середине XVIII в. определились прогрессивные тенденции в воспитательной системе российской армии. Так, в «Инструкции конного полка полковнику» и «Инструкции пехотного полка полковнику», отражавших лучшие традиции военных реформ Петра I, акцент делается на уважительное отношение к солдату: «Помнить всегда, что он не крестьянин, а солдат, который именем и чином от всех его прежних званий преимуществует». Особое внимание в инструкциях уделяется обучению рекрутов: «Не должен быть не только сначала бит, но ниже стращен, а все же ласковостью и со истолкованием ему объяснить, разве по нескольком времени усмотрится в нем грубое упрямство и сопротивление, по такому изъясняя его вину штрафовать».
Примерно в это же время выходит известный «Обряд службы» П. А. Румянцева, который содержит положения, упрощающие несение солдатами полевой службы.
В офицерском корпусе русской армии были, конечно, приверженцы и другой системы воспитания солдат. Нельзя сбрасывать со счетов и суровые наказания увлечения плац-парадом и муштрой. Приемы воспитания солдат и меры поддержания дисциплины в полках порой целиком находились в зависимости от их командиров.
Борьба двух подходов в сложном и противоречивом процессе воспитания армии шла беспрерывно. Однако тщетными были попытки выхолостить прогрессивные традиции обучения и воспитания, заложенные еще Петром I. Бесспорно, что к концу XVIII в. победу одержала передовая система воинского воспитания.

О долге и чести воинской в российской армии: Собрание материалов, 0-11 документов и статей / Сост. Ю.А. Галушко, А.А. Колесников; Под ред. В.Н. Лобова.— 2-е изд. М.: Воениздат, 1991.— 368 с: ил.
Макет и оформление книги художника Н.Т. Катеруши.
Фотосъемка экспонатов Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи специально для этой книги выполнена Д.П. Гетманенко.