Быстрый переход

Образование государства на Руси и складывание древнерусской народности

Оцените материал
(11 голосов)

История изучения

Сложившееся к IX в. древнерусское феодальное государство (называемое историками также Киевской Русью) возникло в результате очень длительного и постепенного процесса раскола общества на антагонистические классы, проходившего у славян на протяжении всего I тысячелетия нашей эры. Русская феодальная историография XVI - XVII вв. стремилась искусственно связать раннюю историю Руси с известными ей древними народами Восточной Европы - скифами, сарматами, аланами; имя Руси производили от саоматского племени роксаланов.
В XVIII в. некоторые из приглашенных в Россию немецких ученых, высокомерно относившихся ко всему русскому, создали предвзятую теорию о несамостоятельном развитии русской государственности. Опираясь на недостоверную часть русской летописи, передающую легенду о поизвании рядом славянских племен в качестве князей трех братьев (Рюрика, Синеуса и Трувора)- варягов, норманнов по происхождению, эти историки стали утверждать, что норманны (отряды скандинавов, разбойничавших в IX в. на морях и реках) были создателями Русского государства. «Норманисты», плохо изучившие русские источники, полагали, что славяне в IX —X вв. были совершенно дикими людьми, не знавшими будто бы ни земледелия, ни ремесла, ни оседлых поселений, ни военного дела, ни правовых норм. Всю культуру Киевской Руси они приписывали варягам; самое имя Руси связывали только с варягами.
М. В. Ломоносов горячо возражал «норманистам» - Байеру, Миллеру и Шлецеру, положив начало двухвековой научной полемике, по вопросу о возникновении Русского государства. Значительная часть представителей русской буржуазной науки XIX и начала XX в. поддерживала норманскую теорию, несмотря на обилие новых данных, опровергавших ее. Это проистекало как в силу методологической слабости буржуазной науки, не сумевшей подняться до понимания закономерности исторического процесса, так и в силу того, что летописная легенда о добровольном призвании князей народом (созданная летописцем в XII в. в период народных восстаний) продолжала и в XIX — XX вв. сохранять свое политическое значение в объяснении вопроса о начале государственной власти. Космополитические тенденции части русской буржуазии также способствовали преобладанию в официальной науке норманнской теории. Однако ряд буржуазных ученых уже выступал с критикой норманнской теории, видя ее несостоятельность.
Советские историки, подойдя к вопросу об образовании древнерусского государства с позиций исторического материализма, занялись изучением всего процесса разложения первобытнообщинного строя и зарождения феодального государства. Для этого пришлось значительно раздвинуть хронологические рамки, заглянуть в глубь славянской истории и привлечь целый ряд новых источников, рисующих историю хозяйства и общественных отношений за много веков до Оформления древнерусского государства (раскопки деревень, мастерских, крепостей, могил). Потребовался коренной пересмотр русских и иноземных письменных источников, говорящих о Руси.
Работа по изучению предпосылок образования древнерусского государства еще не закончена, но уже сейчас объективный анализ исторических данных показал, что все основные положения норманнской теории неверны, так как они были порождены идеалистическим пониманием истории и некритическим восприятием источников (круг которых был искусственно ограничен), а также тенденциозностью самих исследователей. В настоящее время норманнскую теорию пропагандируют отдельные зарубежные историки капиталистических стран.

Русские летописцы о начале государства

Вопрос о начале Русского государства живо интересовал русских историков-летописцев XI —XII вв. Самые ранние летописи начинали, по-видимому, свое изложение с княжения Кия, считавшегося основателем города Киева и Киевского княжества. Князя кия сопоставляли с другими основателями крупнейших городов- Ромулом (основателем Рима), Александром Македонским (основателем Александрии). Легенда о построении Киева Кием и его братьями Щеком и Хоривом возникла, очевидно, задолго до XI в., так как она уже в VII в. оказалась записанной в армянской хронике. По всей вероятности, время Кия - это период славянских походов на Дунай и в Византию, т. е. VI —VII вв. Автор «Повести временных лет»- «откуда есть пошла Рус(с)кая земля (и) кто в Киеве нача первее княжити...», написанной в начале XII в. (как думают историки, киевским монахом Нестором), сообщает, что Кий ездил в Царьград, был почетным гостем византийского императора, построил город на Дунае, но потом вернулся в Киев. Далее в «Повести» следует описание борьбы славян с кочевниками-аварами в VI —VII вв. Некоторые летописцы началом государственности считали «призвание варягов» во второй половине IX в. и к этой дате подгоняли все остальные известные им события ранней русской истории (Новгородская летопись). Эти сочинения, тенденциозность которых была доказана уже давно, и были использованы сторонниками норманнской теории.

Восточнославянские племена и союзы племен накануне образования государства на Руси

Государство Русь сложилось из пятнадцати крупных, населенных восточными славянами, областей, хорошо известных летописцу. Около Киева издавна жили поляне. Их землю летописец считал ядром древнерусского государства и отметил, что в его время полян называли русью. Соседями полян на востоке были северяне, жившие по рекам Десне, Сейму, Суле и Северному Донцу, сохранившему в своем названии память о северянах. Вниз по Днепру, южнее полян, жили уличи, переселившиеся в середине X в. в междуречье Днестра и Буга. На западе соседями полян были древляне, часто враждовавшие с киевскими князьями. Еще далее на запад были расположены земли волынян, бужан и дулебов. Крайними восточнослазянскими областями были земли тиверцев на Днестре (древнем Тирасе) и на Дунае и белых хорватов в Закарпатье.
Севернее полян и древлян находились земли дреговичей (на болотистом левобережье Припяти), а на восток от них, по реке Сожу, — радимичей. На Оке и Москве-реке жили вятичи, граничившие с неславянскими мерянско-мордовскими племенами Средней Оки. Северные области, соприкасавшиеся с литовско-латышскими и чудскими племенами, летописец называет землями кривичей (верховья Волги, Днепра и Двины), полочан и словен (вокруг озера Ильменя).
В исторической литературе за этими областями укрепился условный термин «племена» («племя полян», «племя радимичей» и т.п.), не употреблявшийся, однако, летописцами. По своим размерам эти славянские области так велики, что могут быть сопоставлены с целыми государствами. Тщательное изучение этих областей показывает, что каждая из них являлась объединением нескольких мелких племен, названия которых в источниках по истории Руси не сохранились. У западных славян русский летописец упоминает точно так же только такие крупные области, как, например, землю лютичей, а из других источников известно, что лютичи- это не одно племя, а объединение восьми племен. Следовательно, термин «племя», говорящий о родственных связях, следует применять к значительно более мелким подразделениям славянства, уже исчезнувшим из памяти летописца. Области же восточных славян, упоминаемые в летописи, надо рассматривать не как племена, а как федерации, союзы племен.
В глубокой древности восточное славянство состояло, по-видимому, из 100- 200 небольших племен. Племя, представлявшее совокупность родственных родов, занимало территорию примерно в 40 — 60 км в поперечнике. В каждом племени собиралось, вероятно, вече, решавшее важнейшие вопросы общественной жизни; выбирался военный вождь (князь); существовали постоянная дружина из молодежи и общеплеменное ополчение («полк», «тысяча», разделенная на «сотни»). В пределах племени был свой «град». Там собиралось общеплеменное вече, находился торг, производился суд. Там имелось святилище, куда собирались представители всего племени.
Эти «грады» еще не были настоящими городами, но многие из них, являвшиеся в течение нескольких веков центрами племенной округи, с развитием феодальных отношений превратились или в феодальные замки, или в города.
Следствием крупных изменений в структуре родовых общин, сменяемых соседскими общинами, явился процесс формирования союзов племен, особенно интенсивно протекавший с V в. Писатель VI в. Иордан говорит, что общее собирательное имя многолюдного народа венедов «изменяется теперь в зависимости от различных племен и местностей». Чем сильнее шел процесс распада первобытной родовой замкнутости, тем прочнее и долговечнее становились союзы племен.
Развитие мирных связей между племенами, или военные победы одних племен над другими, или же, наконец, необходимость борьбы с общей внешней опасностью содействовали созданию союзов племен. У восточных славян сложение упомянутых выше пятнадцати крупных племенных союзов можно отнести примерно к середине I тысячелетия н. э.

Таким образом, на протяжении VI — IX вв. возникали предпосылки феодальных отношений и происходил процесс складывания древнерусского феодального государства.
Закономерное внутреннее развитие славянского общества осложнялось рядом внешних факторов (например, набегами кочевников) и непосредственным участием славян в крупнейших событиях мировой истории. Это делает изучение дофеодального периода в истории Руси особенно сложным.

 

Происхождение Руси. Формирование древнеруссной народности

Большинство дореволюционных историков вопросы происхождения Русского государства связывало с вопросами этнической принадлежности народа «русь». о котором говорят летописцы. Принимая без особой критики летописную легенду о призвании князей, историки стремились определить происхождение той «руси», к которой эти заморские князья будто бы принадлежали. «Норма-нисты» настаивали на том, что «русь»- это варяги, норманны, т.е. жители Скандинавии. Но отсутствие в Скандинавии сведений о племени или местности по имени «русь» давно уже поколебало этот тезис норманнской теории. Историки «антинорманисты» предприняли поиски народа «русь» во всех направлениях от коренной славянской территории.
Восточная Европа в IX в.

Земли и государства славян:

  Восточных

  Западных

  Южных

  Границы государств на конец IX в.

Древних русов искали среди балтийских славян, литовцев, хазар, черкесов, финно-угорских народов Поволжья, сармато-аланских племен и т.д. Только небольшая часть ученых, опираясь на прямые свидетельства источников, отстаивала славянское происхождение руси.
Советские историки, доказав, что летописную легенду о призвании князей из-за моря нельзя считать началом русской государственности, выяснили также, что отождествление в летописи руси с варягами является ошибочным.
Иранский географ середины IX в. Ибн-Хордадбех указывает, что «русы суть племя из славян». В «Повести временных лет» говорится о тождестве русского языка со славянским. В источниках имеются и более точные указания, помогающие определить, среди какой части восточного славянства следует искать русь.
Во-первых, в «Повести временных лет» сказано относительно полян: «яже ныне зовомая русь». Следовательно, древнее племя русь находилось где-то в Среднем Приднепровье, близ Киева, возникшего в земле полян, на которых впоследствии перешло имя руси. Во-вторых, в разных русских летописях времени феодальной раздробленности замечается двоякое географическое название слов «Русская земля», «Русь». Иногда под ними понимают все восточнославянские земли, иногда слова «Русская земля», «Русь» употребляются в земли следует считать более древним и очень узком, географически ограниченном смысле, обозначая лесостепную полосу от Киева и реки Роси до Чернигова, Курска и Воронежа. Это узкое понимание Русской земли следует считать более древним и возводить его к VI—VII вв., когда именно в этих пределах существовала однородная материальная культура, известная по археологическим находкам.
К середине VI в. относится и первое упоминание руси в письменных источниках. Один сирийский автор — продолжатель Заха-рии Ритора — упоминает народ «рос», живший по соседству с мифическими амазонками (местоприбывание которых обычно приурочивают к бассейну Дона).
На территории, очерченной летописными и археологическими данными, размещалось несколько издавна живших здесь славянских племен. По всей вероятности. Русская земля получила свое название от одного из них, но достоверно неизвестно, где это племя находилось. Судя по тому, что древнейшее произношение слова «русь» звучало несколько иначе, а именно как «рось» (народ «рос» VI в., «росьские писмена» IX в., «Правда Росьская» XI в.), по-видимому, первоначальное размещение племени «рось» следует искать на реке Роси (притоке Днепра, ниже Киева), где к тому же обнаружены наиболее богатые археологические материалы V —VII вв., в том числе серебряные вещи с княжескими знаками на них.
Дальнейшую историю руси надо рассматривать в связи с образованием древнерусской народности, охватившей в конце концов все восточнославянские племена.
Ядром древнерусской народности является та «Русская земля» VI в., которая, по-видимому, включала славянские племена лесостепной полосы от Киева до Воронежа. В ее состав входили земли полян, северян, руси и, по всей вероятности, уличей. Эти земли и составили союз племен, принявший, как можно думать, имя наиболее значительного в то время племени русь. Русский союз племен, прославившийся далеко за своими пределами как земля рослых и сильных богатырей (Захарии Ритора), был устойчивым и длительным, так как на всем его пространстве сложилась сходная культура и имя руси прочно и надолго закрепилось за всеми его частями. Союз племен Среднего Приднепровья и Верхнего Дона складывался в период византийских походов и борьбы славян с аварами. Аварам не удалось в VI—VII вв. вторгнуться в эту часть славянских земель, хотя они завоевали живших западнее дулебов.
Очевидно, сплочение днепровско-донских славян в обширный союз способствовало их успешной борьбе с кочевниками.
Формирование народности шло параллельно со складыванием государства. Общегосударственные мероприятия закрепляли связи, устанавливавшиеся между отдельными частями страны, и способствовали созданию древнерусской народности с единым языком (при наличии диалектов), со своей территорией, культурой.
К IX — X вв. сложилась основная этническая территория древнерусской народности, сложился древнерусский литературный язык (на основе одного из диалектов первоначальной «Русской земли» VI —VII вв.). Возникла древнерусская народность, объединившая все восточнославянские племена и ставшая единой колыбелью трех братских- славянских народов позднейшего времени — русских, украинцев и белорусов.
В состав древнерусской народности, жившей на территории от Ладожского озера до Черного моря и от Закарпатья до Средней Волги, постепенно вливались в процессе ассимиляции мелкие иноязычные племена, подпадавшие под воздействие русской культуры: меря, весь, чудь, остатки скифо-сарматского населения на юге, некоторые тюркоязычные племена.
Сталкиваясь с персидскими языками, на которых говорили потомки скифо-сарматов, с угро-финскими языками народов северо-востока и другими, древнерусский язык неизменно выходил победителем, обогащаясь за счет побежденных языков.

Образование государства Руси

Образование государства является закономерным завершением длительного процесса формирования феодальных отношений и антогонистических классов феодального общества. Феодальный государственный аппарат как аппарат насилия приспособлял для своих целей предшествующие ему племенные органы управления, совершенно отличные от него по существу, но сходные с ним по форме и по терминологии. Такими племенными органами были, например, «князь», «воевода», «дружина» и др. КI X —X вв. ясно определился процесс постепенного вызревания феодальных отношений в наиболее развитых областях восточного славянства (в южных, лесостепных землях). Родовые старейшины и предводители дружин, захватывавшие общинную землю, превращались в феодалов, князья племен становились феодальными государями, союзы племен перерастали в феодальные государства. Складывалась иерархия землевладельческой знати^ устанавливалось . соаод^-чинение князей разных рангов. Молодой формирующийся класс феодалов нуждался в создании крепкого государственного аппарата, который помог бы ему закрепить за собой общинные крестьянские земли и закабалить свободное крестьянское население, а также обеспечил бы защиту от внешних вторжений.
Летописец упоминает ряд княжеств- федераций племен дофеодального периода: Полянское, Древлянское, Дреговичское, Полоцкое, Словенбкое. Некоторые восточные писатели сообщают, что столицей Руси являлся Киев (Куяба), а кроме него, особенную известность получили еще два города: Джерваб (или Артания) и Селябе, в которых, по всей вероятности, нужно видеть Чернигов и Переяс-лавль — стариннейшие русские города, всегда упоминаемые в русских документах рядом с Киевом.
Договор князя Олега с Византией начала X в. знает уже разветвленную феодальную иерархию: бояр, князей, великих князей (в Чернигове, Переяславле, Любече, Ростове, Полоцке) и верховного сюзерена «великого князя русьского». Восточные источники IX в. называют главу этой иерархии титулом «хакан-рус», приравнивая киевского князя к владыкам сильных и могущественных держав (аварский каган, хазарский каган и т.д.), соперничавших иногда с самой Византийской империей. В 839 г. этот титул попал и в западные источники (Вертинские анналы IX в.). Столицей Руси все источники единодушно называют Киев.
Уцелевший в «Повести временных лет» отрывок первоначального летописного текста позволяет определить размеры Руси первой половины IX в. В состав древнерусского государства вошли следующие племенные союзы, имевшие ранее самостоятельные княжения: поляне,северяне, древляне, дреговичи, полочане, новгородски словене. Кроме того летопись перечисляет до полутора десятков финно-угорских и балтийских племен, плативших дань Руси.
Русь этого времени представляла собой обширное государство, объединившее уже половину восточнославянских племен и собиравшее дань с народов Лрибалтики и Поволжья.
Княжила в этом государстве, по всей вероятности, династия Кия последними представителями которой (судя по некоторым летописям) были в середине IX в. князья Дир и Аскольд. О князе Дире арабский автор Х в. Масуди пишет: «Первый из славянских царей есть царь Дира; он имеет обширные города и многие обитаемые страны. Мусульманские купцы прибывают в столицу его государства с разного рода товарами». Позднее Новгород завоевал варяжский князь Рюрик, а Киев захватил варяжский князь Олег.
Другие восточные писатели IX— начала X в. сообщают интересные сведения о земледелии, скотоводстве, пчеловодстве на Руси, о русских оружейниках и плотниках, о русских купцах, путешествовавших по «Русскому морю» (Черному морю), а другими путями пробиравшихся на Восток.
Особый интерес представляют данные о внутренней жизни древнерусского государства. Так, среднеазиатский географ,пользовавшийся источниками IX в., сообщает, что «у русов существует класс рыцарей», то есть феодальной знати.
Деление на знатных и бедных знают и другие источники. По данным Ибн-Русте (903 г.), восходящим к IX в., царь русов (т. е. великий князь киевский) судит и иногда ссылает преступников «к правителям отдаленных областей». На Руси существовал обычай «божьего суда», т.е. решения спорного дела поединком. За особо тяжелые преступления применялась смертная казнь. Царь русов ежегодно объезжал страну, собирая дань с населения.
Превращавшийся в феодальное государств во Русский племенной союз подчинял себе соседские славянские племена и снаряжал далекие походы по южным степям и морям. В VII в. упоминаются осады русами Константинополя и грозные походы русов через Хазарию к Дербентскому проходу. В VII — IX вв. русский князь Бравлин воевал в хазарско-ви-зантийском Крыму, пройдя от Сурожа до Корчева (от Судака до Керчи). О русах IX в. среднеазиатский автор писал: «Они воюют с окрестными племенами и побеждают их».
Византийские источники содержат сведения о русах, живших на берегу Черного моря, об их походах на Константинополь и о крещении части русов в 60-х годах IX в.
Русское государство сложилось независимо от варягов, в результате закономерноro развития общества. Одновременно с ним возникли и другие славянские государства-Болгарское царство, Великоморавская держава и ряд других.
Поскольку норманисты сильно преувеличивают воздействие варягов на русскую государственность, необходимо решить вопрос: какова же в действительности роль варягов в истории нашей Родины?
В середине IX в., когда в Среднем Приднепровье уже сложилась Киевская Русь, на далеких северных окраинах славянского мира, где славяне мирно жили бок о бок с финскими и латышскими племенами (чудь, корела, летьгола и др.), стали появляться отряды варягов, приплывавших из-за Балтийского моря. Славяне и чудь прогоняли эти отряды; мы знаем, что киевские князья того времени посылали свои войска на север для борьбы с варягами. Возможно, что именно тогда рядом со старыми племенными центрами Полоцком и Псковом вырос на важном стратегическом месте у озера Ильмень новый город — Новгород, который должен был преградить варягам путь на Волгу и на Днепр. На протяжении девяти столетйй вплоть до постройки Петербурга, Новгород то оборонял Русь от заморских пиратов, то был «окном в Европу» для торговли северорусских областей.
В 862 или 874 г. (хронология сбивчива) варяжский конунг Рюрик появился под Новгородом. От этого искателя приключений, возглавившего небольшую дружину, без особых оснований велась генеалогия всех русских князей «Рюриковичей» (хотя русские историки XI в. вели родословную князей от Игоря Старого, не упоминая о Рюрике).
Варяги-пришельцы не овладевали русскими городами, а ставили свои укрепления-лагеря рядом с ними. Под Новгородом они жили в «Рюриковском городище», под Смоленском — в Гнездове, под Киевом — в урочище Угорском. Здесь могли быть и купцы, и нанятые русскими варяжские воины. Важно то, что нигде варяги не были хозяевами русских городов.
Археологические данные показывают, что количество самих варяжских воинов, живших постоянно на Руси, было очень невелико.
В 882 г. один из варяжских предводителе; Олег пробрался из Новгорода на юг, взял Любеч, служивший своего рода северными воротами Киевского княжества, и приплыл в Киев, где ему обманом и хитростью удалось убить киевского князя Аскольда и захватить власть. До сих пор в Киеве на берегу Днепра сохранилось место, называемое «Аскольдовой могилой». Возможно, что князь Аскольд был последним представителем древней династии Кия.
С именем Олега связано несколько походов за данью к соседним славянским племенам и знаменитый поход русских войск на Царьград в 911 г. По-видимому Олег не чувствовал себя хозяином на Руси. Любопытно, что после успешного похода в Византию он и окружавшие его варяги оказались не в столице Руси, а далеко на севере, в Ладоге, откуда был близок путь на их родину, в Швецию. Странным кажется и то, что Олег, которому совершенно неосновательно приписывается создание Русского государства, бесследно исчез с русского горизонта, оставив летописцев в недоумении. Новгородцы, географически близкие к варяжским землям, родине Олега, писали, что, по одной известной им версии, после греческого похода Олег пришел в Новгород, а оттуда в Ладогу, где он умер и был похоронен. Согласно другой версии, он уплыл за море «и уклюну (его) зим в ногу и с того (он) умре». Киевляне же, повторив легенду о змее, ужалившей князя, рассказывали, что будто бы его похоронили в Киеве на горе Щекавице («Змеиной горе»); возможно, название горы повлияло на то, что Щекавицу искусственно связали с Олегом.
В IX — X вв. норманны играли важную роль в истории многих народов Европы. Они нападали с моря большими флотилиями на берега Англии, Франции, Италии, завоевывали города и королевства. Некоторые ученые полагали, что и Русь подверглась такому же массовому вторжению варягов, забывая при этом, что континентальная Русь была полной географической противоположностью западным морским государствам.
Грозный флот норманнов мог внезапно возникнуть перед Лондоном или Марселем, но ни одна варяжская ладья, вошедшая в Неву и плывущая вверх по течению Невы , Волхова, Ловати, не могла остаться незамеченной русскими сторожами из Новгорода или Пскова. Система волоков, когда тяжелые, глубокосидящие морские суда нужно было вытаскивать на берег и десятки верст катить по земле на катках, исключала элемент внезапности и отнимал у грозной армады все ее боевые качества. Практически и в Киев могло попасть лишь столько варягов, сколько разрешал князь Киевской Руси. Недаром в тот единственньй раз, когда варяги напали на Киев, им пришлось притвориться купцами.
Княжение варяга Олега в Киеве — незначительный и недолговременный эпизод, излишне раздутый некоторыми проваряжскими летописцами и позднейшими историками-норманистами. Поход 911 г. - единственный достоверный факт из его княжения- стал знаменит благодаря той блестящей литературной форме, в которой он был описан, но по существу это лишь один из многих походов русских дружин IX - Х-вв. на берег Каспия и Черного моря, о которых летописец умалчивает. На протяжении X в. и первой половины XI в. русские князья нередко нанимали отряды варягов для войн и дворцовой службы; им нередко поручались убийства из-за угла: наемные варяги закололи, например, князя Ярополка в 980 г., они убили князя Бориса в 1015 г.; варягов нанимал Ярослав для войны со своим родным отцом.
Для упорядочения взаимоотношений наемных варяжских отрядов с местной новгородской дружиной в 1015 г. была издана в Новгороде Правда Ярослава, ограничивавшая произвол буйных наемников.
Историческая роль варягов на Руси была ничтожна. Появившись как «находники», пришельцы, привлеченные блеском богатой, уже далеко прославившейся Киевской Руси, они отдельными наездами грабили северные окраины, но к сердцу Руси смогли .пробраться только однажды.
О культурной роли варягов нечего и говорить. Договор 911 г., заключенный от имени Олега и содержащий около десятка скандинавских имен Олеговых бояр, написан не на шведском, а на славянском языке. Никакого отношения к созданию государства, к строительству городов, к прокладыванию торговых путей варяги не имели. Ни ускорить, ни существенно задержать исторический процесс на Руси они не могли.
Короткий период Олегова «княжения» - 882 - 912 гг. - оставил в народной памяти эпическую песню о смерти Олега от своего собственного коня (обработанную А. С. Пушкиным в его «Песни о вещем Олеге»), интересную своей антиваряжской тенденцией. Образ коня в русском фольклоре всегда очень благожелателен, и если уже хозяину, варяжскому князю, предречена смерть от его боевого коня, значит, он того заслуживает.
Борьба с варяжскими элементами в русских дружинах продолжалась до 980 г.; следы ее есть и в летописи, и в былинном эпосе - былина о Микуле Селяниновиче, помогавшем князю Олегу Святославичу бороться с варягом Свенельдом (черным вороном Санталом).
Историческая роль варягов несравненно меньше, чем роль печенегов или половцев, действительно влиявших на развитие Руси на протяжении четырех веков. Поэтому жизнь только одного поколения русских людей, терпевших участие варягов в управлении Киевом и несколькими другими городами, не представляется исторически важным периодом.

Б.А. Рыбаков - «История СССР с древнейших времен до конца XVIII века». - М., «Высшая школа», 1975.